Что не так со школой: зачем системе среднего образования нужны стратеги

Школа — это ядро, база, обеспечивающая целостность общества и его развитие. Не случайно мы предъявляем к ней так много требований, но пока не получаем на выходе выпускника, который устроил бы всех. Возможно, все дело в том, что мы постоянно рассуждаем о системе, об ответственности государства, о стандартах и нормировании. Замыслом, содержанием и стратегией конкретных школ не занимается никто. Даже в рамках национального проекта «Образование» школа рассматривается как часть образовательной инфраструктуры. Позиция самого учебного заведения в вопросе предпочтений и самоопределения не обсуждается. Мы не слышим и не знаем ее. О том, насколько глубоко укоренилась эта «неосознанность» говорит опыт новых частных школ: многие из них, проработав пять-десять лет, осознали, что находятся в глубоком кризисе.

В последнее время появились люди с деньгами и желанием инвестировать в создание частных школ. Конечная цель обычно выглядит так: «Я открою свою школу, и она будет готовить людей нового поколения». Сама концепция и шаги по ее реализации кажутся понятными интуитивно, но изобилуют белыми пятнами. Все работают либо на уровне базовых педагогических концепций, либо заимствуют готовую идею. Например, школа может приобрести международную франшизу, внести немного местного колорита и заняться подготовкой «людей мира», которые смогут потом поступить в любой университет любой страны. Или другая популярная концепция: во главу угла ставится личность, школа учит совершать осознанный выбор, ведь мир меняется постоянно, нет смысла затачивать школьников под какую-то определенную будущую профессию. Акцент ставится не на парадигме знаний, а на умениях — коммуникации, креативности, критическом мышлении. Все бы хорошо, но возникает конфликт интересов: и бизнес, и университеты требуют, чтобы базовую грамотность и дисциплину ставили лучше.

Многие создатели новых частных школ — успешные интеллектуалы и состоявшиеся предприниматели, которые не являются профессионалами в образовании. У этих социально ответственных и неравнодушных к будущему нашей страны и наших детей лидеров есть запрос на какой-то образ ребенка, юного гражданина, но при этом нет опыта поиска и применения адекватных инструментов и методик для достижения идеального результата. Они, конечно же, пытаются разобраться, но проектировать в образовании — не то же самое, что проектировать на производстве, технологичный подход здесь не срабатывает.

Как правило, создавая новую частную школу, владельцы выбирают какую-то одну методику или один подход, а потом все строят на его основе. Но собирать инструментарий нужно после того, как будут сформулированы представления о цели и замысле учебного заведения. В России пока все наоборот: сначала выбирается методика, которая вдохновляет, и под нее подбирается образ светлого будущего. Мы проскакиваем важнейший этап, понимание того, зачем и какую школу мы хотим. Знаем «как», но по-прежнему не знаем «что».

Без четко сформулированного и проработанного замысла никакая методика сама по себе не сработает. Зачастую образовательная модель школы формируется на основе компромиссов и преломления исходных педагогических практик, коллектив нащупывает свой путь «вслепую», собственник видит, что созданная им система буксует, но не понимает, в чем дело.

Качественная стратегия, основанная на жизнеспособной концепции школы, — сложный продукт. Тут требуется специальная работа по конструированию модели, коммуникация с несколькими экспертами, проектная команда, и, наконец, базовая идея и четко обозначенный конечный результат. На сегодняшний день в России не так уж много специалистов могут похвастаться необходимыми для организации такой работы навыками, спрос на стратегов огромен.

Чем стратег отличается от всех остальных и зачем он нужен? Методист отвечает на вопрос, как будет организован учебный процесс. Маркетолог анализирует рынок, может прогнозировать спрос и позиционирование, построить воронки продаж и рекламные тактики. А стратег должен определить на перспективу как минимум десятка лет: чему нужно учить детей, с какими семьями работать, каким должен получиться выпускник, на какие вузы и сферы деятельности стоит ориентироваться. Основная задача стратега — сформулировать, что мы будем делать, а что не будем, исходя из конкретного замысла, и собрать под эти задачи проектный офис.

В обществе есть запрос на самые разные формы школьной жизни. Стратеги нужны не только в частных школах. Продвинутые государственные общеобразовательные учреждения и лицеи тоже чувствуют, что атмосфера меняется. В университетах уже разрабатываются стратегии и программы развития, кое-где даже появились проректоры по развитию — запрос на понимание себя в будущем с каждым годом формируется в сфере образования все более четко.

Откуда могут появиться стратеги для школ и какими умениями им следует обладать? Можно выделить три ключевых качества школьных стратегов:

1. они относятся к школе как к собственному делу, берут на себя ответственность на длинной дистанции;
2. они воспринимают школу как единое целое, объект управления, а не только как совокупность классов, предметов, учителей и учебников;
3. наконец, они понимают, что стратегия в одиночку не делается, нужно уметь работать в коллективе, выстраивать коммуникацию и принимать критику. Стратег должен сформировать команду, которая поможет обозначить идею школы и будет двигаться к обозначенным целям.

Наш опыт показывает, что с наибольшей вероятностью стратеги могут быть рекрутированы из числа директоров школ или ключевых заместителей, а также активных преподавателей, если они способны выйти за рамки своего предмета и взять ответственность за развитие школы в целом. Осознание замысла, особенностей и перспектив развития каждого учебного заведения позволяет создать много разных школ с собственным лицом. Главное, чтобы во главе угла находилась не методика, а человек, которому предстоит строить будущее.